- Я! - кричал Илья.

- Головка... - презрительно цедил старшина Вовк и переходил дальше по списку. - Насралиев Улугбек Федулович!

- Йа! - гортанно откликался Улугбек.

- Свинья... - глухим эхом вторил Вовк. - Насралиев Арнольд Федулович!

- Я-а! - звонко, но с тщательно скрытым внутренним достоинством выкрикивал Арни, зная, что будет дальше, ибо ритуал повторялся на каждой поверке.

- Жид, - коротко припечатывал старшина Вовк и ожидал пару секунд. Опять молчим? Что надо ответить на реплику начальника?

- Виноват, исправлюсь! - также звонко выкрикивал Арни.

- Два наряда вне очереди.

- За что?

- Р-разговорчики в строю!.. За то. За то самое...

Братья ненавидели старшину, но поделать с ним ничего не могли: он был старше по званию их всех вместе взятых. И к тому же старшина Вовк обладал неимоверной разрушительной силой. Вся рота была свидетелем как старшина перед строем одним ударом кулака забивал до трех поставленных друг на друга поросят, либо одного крупного хряка.

Конечно, забивать в таком количестве домашнюю живность - это не дело. Тем более, что живность крали его же солдаты из подсобного хозяйства окрестных пейзан - работников колхоза "План Ильича", который специализировался на выращивании конопли для веревочных фабрик. Но с другой стороны, ведь это же какое терпение надо иметь на наших солдат! Отечественные солдаты - те же свиньи. Вечно обделаются, перемажутся чем-то... Все х/б, выданное этим скотам, было в странных грязно-жирных пятнах. Старшина сам был свидетелем, как каша из бачков, которую сменные дежурные по столовой разносили для пропитания солдат, выплескивалась через край бачка и устремлялась вниз, попадая солдатику прямо на форменное галифе. Старшина Вовк относил это на неодолимую силу земного притяжения и мирился с неуставным действием планеты. Единственное, чего он не мог простить солдатам, так это то, что остатки каши они не очень спешили со штанов удалять. Особенно нелюбовью к стирке грешили трое братьев.