А Ванька, не зная ихних мыслей злых, предложил подбросить братьев до дому. А чего пешком-то корячиться?

Так и подъехали к Родине. А папа ихний, когда эдакую толпу увидел, аж прослезился, сказал такие слова:

- Вань, я все понимаю - жар-птица там, Безразмерный, Яжижка - вещи хорошие, - тут он снизил голос и покосился на Кандея. - А этого-то пидора зачем привез?

- Ах, папа, жалко было трофея терять! Да и пригодится на что-нибудь, ответил Ванька, глянул на Кандея и странно улыбнулся...

Тут и сказке конец, потому что в подробностях описывать дальнейшее мы не станем, на то есть специализированные издания - "Хастлер", "Кэтс" и прочие. Они сейчас везде продаются и стоят недорого...

ТРИ ПОРОСЕНКА

Никто бы с первого взгляда не сказал, что они братья, если бы не знал этого заранее! Разве что какой-нибудь экстрасенс. Но поскольку экстрасенсов не бывает на свете в количествах, достаточных для непредвзятого изучения феномена сверхчувственного восприятия, то и обратиться человеку незнающему было бы практически не к кому. Да больше того - в голову бы не пришло обращаться: настолько братья были непохожи.

Улугбек был низок, широк в кости, смуглокож, черноволос, имел азиатский разрез глаз, что, впрочем, отлично коррелировало с его именем. Даже по-русски он говорил с некоторым акцентом, что немало потешало окружающих и в первую очередь - его братьев.

- А ну-ка выругайся! - периодически прикалывал Улугбека младший брат Илья, который по-русски говорил, естественно, без акцента. Но не это выдавало в нем этнического русского. Льняные волосы, голубые глаза, есенинский чуб и склонность писать стихи - вот что безошибочно выдавало открытолицего, широкоулыбчивого рубаху-парня с гармошкой поверх тельняшки.

- Ой, билят, щто ты пристал, да?! - напускал показного раздражения Улугбек, опрокидывая очередную стопку вовнутрь организма. - Ой, зараз такой... Крепкий такой. Что такой водка, билят? Гиде такой бирал?